Екатеринбург, ул. Московская 21
Для слабовидящих

Интервью прокурора области для Экспертного канала "Федерал Пресс" 27.12.2011

Дата публикации: вторник, 27.12.2011
Постоянный адрес публикации: http://fedpress.ru/federal/polit/vlast/id_267082.html

Сергей Охлопков: Любую сферу возьмите – везде должен быть прокурор

Прокурор Свердловской области Сергей Охлопков
Прокурор Свердловской области Сергей Охлопков

Новый прокурор Свердловской области рассказал о себе, о регионе, и об экзамене для общества

Новый прокурор Свердловской области Сергей Охлопков спустя месяц после своего назначения согласился дать интервью уральским журналистам. Первым с главой надзорного ведомства встретился обозреватель «УралПолит.Ru». Как Сергей Охлопков стал прокурором, чем отличается Свердловская область от других регионов в смысле криминальной специфики, как относится прокурор к прошедшим после выборов митингам, и какие вопросы есть у надзорного ведомства к следователям – в эксклюзивном интервью «УралПолит.Ru».

«На прокуратуре всегда держалось государство»

Сергей Алексеевич, с чего начиналась ваша работа в прокуратуре?

После службы в армии я поступил на юридический факультет Ленинградского госуниверситета, затем работал в прокуратуре Костромской области – следователем, помощником прокурора, прокурором района... Учитывая, что срок службы на одном месте ограничивался 5 годами, я поменял несколько районов, работал первым заместителем прокурора области, прокурором Адыгеи, а теперь – работаю здесь.

Когда с созданием Следственного комитета разделили надзор и следствие, долго думали, в какой из структур продолжать службу?

При всем уважении к следственной работе, которой я посвятил часть своей жизни, вопрос выбора между прокуратурой и Следственным комитетом на тот момент передо мной не стоял. Прокуратура и тогда, и сейчас нравится мне тем, что это орган, который может защитить права любого человека в любой сфере правоотношений. Кстати, советская, а теперь – российская система прокуратуры, что признают и коллеги из-за рубежа, является одной из лучших. Я не говорю про страны бывшего СССР – там почти везде такая же система. Но представители англо-саксонской системы, где прокуратура входит в систему юстиции, говорят про наши внесудебные функции прокурора – «общий надзор», – что такого феномена нигде нет. Гражданам до сих пор сложно отстаивать свои права в суде. Адвокатов не так много, и стоят их услуги достаточно дорого. И это в нашей стране компенсируется прокуратурой. На прокуратуре всегда держалось государство.

Вообще, наверное, разделение надзора и следствия – это правильно. Но любая деятельность – следствие, оперативно-розыскная деятельность должны быть под контролем.

Вы чуть больше месяца работаете в Свердловской области. Отметили уже какие-то особенности региона?

Есть большие отличия от тех субъектов, где я раньше работал. Во-первых – большое количество и высокая плотность населения. Потенциал экономический – просто колоссальный. Но это влечет за собой и отрицательные моменты. Здесь достаточно сложная экологическая обстановка за счет большой техногенной нагрузки. Ну и чем больше населения, тем больше преступлений. Хотя край богатый, и я думаю, что преступлений должно быть меньше. Почему? Возьмем, к примеру, Кавказ. Почему там люди склоняются к экстремизму? Потому что безработица и социальная незащищенность толкают людей в криминальный бизнес. Почему в Европе преступлений меньше? Потому что там нет смысла идти грабить, воровать – государство людей обеспечивает настолько, что у людей нет желания совершать противоправные деяния.


«В прокуратуре Свердловской области собрались профессионалы, которым не надо ничего объяснять»

Работать в Свердловской области – очень интересно. Нравится, что в прокуратуре области собрались профессионалы, которым не надо ничего объяснять, не надо говорить им, как работать. Главное – выполнять требования Закона о прокуратуре, приказы Генерального прокурора России, ставить цель и работать на результат. А результат один – чтобы нарушений закона было меньше. Несмотря на то, что коллектив большой, управление и организация труда здесь выстроены предшествующим руководством на высоком уровне.

«В прокуратуре уже составлен черный список управляющих компаний…»

Уже определили, какие направления будут приоритетными в вашей работе в должности прокурора Свердловской области?

Прокурорский надзор должен быть там, где плохо, где проблемы. Если они в социальной сфере – значит, там должно быть «око государево». Возьмем, например, последние митинги, не обязательно политические. Почему вышли на улицу люди в Нижнем Тагиле? Потому что там умер ребенок, не доехав до больницы. Когда люди выходят, используют свое конституционное право на свободу шествий, демонстраций – это нормально. И если там медицина хромает, если дети там не доезжают до приемного покоя и умирают, это проблема? Проблема, и решать ее надо не только путем уголовного или иного преследования. Жизнь бесценна. Если мы видим, что системно нарушается законодательство в отношении целой группы населения, естественно, прокуратура должна проводить проверку во всей области, выявлять нарушения, и принимать конкретные меры. Если это нарушение допущено органами местного самоуправления, не организовавшими оказание населению медицинских услуг, – меры принимать надо к главам.

Есть вопросы борьбы с преступностью. Мы обсуждали недавно на межведомственном совещании вместе с полицией и Следственным комитетом вопросы по без вести пропавшим. Особенность области, которой не было в регионах, где я работал – это серийные убийства. Отчего они появляются? От того, что сегодня не раскрыли одно убийство, один грабеж. А завтра маньяк, или просто душегуб, пользуясь безнаказанностью, совершит второе, третье... Мы провели проверку, и выяснили, что люди пропадали, а никаких оперативных мероприятий, следственных действий не было проведено! И совершались новые убийства. А принцип неотвратимости наказания должен действовать везде. По результатам совещания принято совместное решение и на места направлено информационное письмо о том, чтобы по каждому факту безвестного исчезновения органы дознания, следствия, прокуратуры проводили весь комплекс мероприятий по розыску без вести пропавшего, устанавливали, не совершено ли в отношении гражданина преступление.

Есть проблемы ЖКХ – их выше крыши. В той же Адыгее этого вопроса вообще не стояло – там не надо завозить мазут, уголь – там всегда солнышко греет, всегда тепло. Там была проблема с наводнениями. Здесь же опять, к сожалению, местные органы самоуправления, органы власти всегда забывают, что после осени нежданно-негаданно приходит зима. А они не готовы. Не завезено необходимое количество горючего, например. Изношены построенные в советские времена водопроводы, тепловые сети и т.д. Система управления ЖКХ, как мне кажется, вообще устарела, и в корне неправильная. Управляющие компании фактически никому не подчиняются. И это – сбой, причем системный. Вы посмотрите, какие зарплаты у директоров управляющих компаний – они получают большие деньги. За счет чего? За счет того, что они с населения собирают деньги за предоставление услуг, а с поставщиками вовремя не расплачиваются. Что еще хуже – это когда управляющие компании искусственно, преднамеренно банкротятся, деньги населения «уходят», но люди не получают услуги. Поэтому нужно выстроить систему контроля, начиная с уровня муниципалитета. Чтобы на рынок коммунальных услуг приходили такие управляющие компании, которые будут действительно заниматься обеспечением населения качественными услугами. Бывает так, что приходит инвестор, и говорит «я буду строить вам ГЭС» – пример из Адыгеи. Посмотрели мы на учредителей – там каждый судим за мошенничество, из имущества один стул, один стол, и понятно, что никакой ГЭС они не будут строить. Их схема – взять землю, перепродать, получить деньги. В прокуратуре уже составлен черный список управляющих компаний, которые приходят не обеспечивать народ теплом, водой и прочими услугами, а только затем, чтобы взять деньги и уйти с рынка. В таких случаях надо возбуждать уголовные дела, надо добиваться для них такой меры наказания, чтобы ни им, ни им подобным было неповадно организовывать такие фирмы «Рога и копыта».


«В прокуратуре уже составлен черный список управляющих компаний»

Может быть, прокуратура взяла на себя неподъемную ношу, тем не менее, есть вопросы, которые кроме прокуратуры не решит никто. И законодатель тоже пошел по этому пути. Раньше прокурор мог обратиться в защиту интересов гражданина только в определенных случаях – заступиться за инвалидов, больных, престарелых, то сейчас законодатель сказал, что прокурор может обращаться в суд в интересах более широкого круга лиц.

«Вот как назвать людей, которые уже заведомо настраивают общественность, что их там будут «бить каратели», кроме как «гапоновскими провокаторами»?»

На тему митингов: как оцениваете те массовые мероприятия, что прошли в декабре в Екатеринбурге?

Есть закон о митингах, шествиях и демонстрациях. К сожалению, многие его не хотят знать и не желают исполнять. Я уже говорил, что Конституция дает любому гражданину право на выражение своего мнения в любой форме, ограничивая это лишь нормами закона. Да, граждане имеют право выйти с митингами, шествиями, пикетированиями, но с согласия органов местного самоуправления. Что получилось 10 декабря? Я не буду называть партии, чтобы не делать им рекламы или антирекламы, да и не хочу никого обижать. Заявились проводить пикет на площади Труда. Администрация города им говорит, что количество народа, которое к вам придет, не поместится на площади Труда, и предлагает площадь Обороны. Что дальше? Если бы людям необходимо было выйти для того, чтобы донести свою позицию, реализовать свое право – они бы пришли на площадь Обороны, и там спокойно высказали свое мнение о власти, о нарушениях при проведении выборов – все, что у них есть сказать. Но они же пошли на провокации, и утверждали, что митинг на площади Труда согласован, хотя прекрасно знали об обратном. Для чего? Спровоцировать конфликт между полицией и обычными людьми.

У нас есть листовки, которым мы еще будем давать правовую оценку. Через них население пытаются настроить против сотрудников полиции, называя их «карателями». Больше всего ведь подвержена такому давлению молодежь. Естественно, к таким провокаторам мы будем принимать меры.

«В Екатеринбурге «экзамен» сдали все»

Слава богу, что в Екатеринбурге экзамен сдали все – и население поняло, что никто не ограничивает их права и свободы, и полиция вела себя предельно вежливо. Хотя она честно имела право всех разогнать – митинг не был санкционирован. И если бы полиция применила спецсредства – это сразу же породило бы выступления, мол, «в России нет свободы слова, нарушается Конституция!»

«У нас очень много вопросов к следствию – его качеству, оперативности. И надзор за следствием будет усилен и ужесточен…»

В Свердловской области расследуется несколько резонансных дел – это обвинение в вымогательстве депутата гордумы Максима Петлина, дело майора милиции Мирошникова, который обвиняется в убийстве соседа. Вы уже ознакомились с их расследованием? Как оцениваете работу следствия?

С точки зрения надзора я считаю, что такие резонансные дела надо заканчивать как можно оперативнее. Это нужно хотя бы для того, чтобы не утрачивались следы преступления. Недавно мы рассматривали на оперативном совещании уголовное дело по хищениям муниципальной собственности. С 2005–2008 года дела расследуются. Кроме того, я считаю, что качество следствия не так высоко, как хотелось бы. Недавно был оправдательный приговор по взятке, где фигурировал один из начальников ГИБДД. Почему оправдали? Потому что пока расследовали, пока дело дошло до суда – потерпевший уже умер. Или еще одно дело, о котором мне докладывали. Была так называемая «пирамида». Там 240 миллионов ущерб, тысяча потерпевших, которые вкладывали, а расследуют уже несколько лет. Как так можно? Вопрос об аресте имущества не решен, обеспечительных мер тоже нет. Конечно, когда годами расследование идет – расхитители и мошенники этим пользуются. Где эти 240 миллионов? Следствие не нашло...

У нас очень много вопросов к следствию – его качеству, оперативности. И надзор за следствием будет ужесточен. Пока убийца ходит на свободе, оперативники спать не должны, потому что могут появиться новые жертвы. Надо больше внимания уделять вопросам расследования преступлений против жизни и здоровья, а также «коррупционных» преступлений – они всегда должны быть в зоне особого внимания.

В Свердловской области в коррупционных скандалах периодически фигурирует мэрия Екатеринбурга. Ваш предшественник Юрий Александрович Пономарев около года назад заявил, что по итогам проверок собраны сотни томов различных материалов по горадминистрации. Что сейчас с этими томами?

Ряд уголовных дел уже есть. Например – по незаконной приватизации, о которой я уже говорил. В феврале еще одно дело по чиновникам екатеринбургской мэрии будет направлено в суд.


В феврале еще одно дело по чиновникам екатеринбургской мэрии будет направлено в суд

Есть вопросы и к органам местного самоуправления. Сама идея самоуправления изначально хорошая. Люди сами должны управлять у себя в городе, селе, сами. Но получилось, как всегда, – с точностью до наоборот. Эти органы практически не подчиняются органам госвласти, отсутствует должный контроль и со стороны населения. И поэтому я всегда говорю прокурорам: «Если вы видите, что органы местной власти бездействуют, – прямо ставьте вопрос об ответственности. Не организовали отопительный сезон – идите в суд, и требуйте признания бездействия незаконным». Наверное, безответственность и безнаказанность приводят к тому, что и муниципальное имущество расхищается.

«В случае с «губернаторским» ДТП я сам выезжал на место происшествия, и считаю, что следствие ведется качественно, объективно, и виновные будут установлены…»

При областном уполномоченном по правам человека создана комиссия по общественному контролю за расследованием обстоятельств аварии с участием свердловского губернатора Александра Мишарина. Как вы считаете, имеет ли право на существование такая форма контроля, и насколько следствие в такой ситуации должно быть открыто? Ведь, с другой стороны, есть и такое понятие как тайна следствия, которую никто не отменял.

Вы абсолютно правы. У вас не юридическое образование?

Нет, психологическое.

Тем не менее, вы попали в точку, действительно необходимо соблюдение тайны следствия. Органы следствия независимы. Они поднадзорны прокурору, и больше никому. Следователь – процессуально независимая фигура, и он не имеет права, не должен и не обязан отчитываться о ходе следствия. Любая форма давления, вмешательства в ход следствия – это незаконно. Да, есть дела, по которым общественный резонанс высок. Для этого есть пресс-служба в органах Следственного комитета. Они могут рассказывать о фактах, которые уже установлены. Но раскрывать тайну следствия они не должны. Следователь не должен ни перед кем отчитываться. Ну и почему мы не должны доверять следователю, я никак не понимаю? В случае с этим ДТП я сам выезжал на место происшествия, и считаю, что следствие ведется качественно, объективно, и виновные будут установлены. Когда будет выполнен весь комплекс следственных действий, в том числе, проведена автотехническая экспертиза, будут допрошены очевидцы, и дело будет рассмотрено судом – только тогда можно будет говорить, кто виновен в ДТП, повлекшем смерть и травмы участников. Со своей стороны могу заверить, что прокурорский надзор за расследованием этого дела принципиальный, и нарушений закона мы не допустим.

Вы упомянули юридическое образование – а как вы оцениваете его качество в современной России?

Когда наступили демократические преобразования, стали популярны две профессии – юрист и экономист. В итоге произошел перегиб. В Свердловской области, к счастью, – хорошая юридическая школа. Я уже познакомился с Уральской государственной юридической академией, где есть и наш Институт прокуратуры.

Грамотный юрист – это благо для всех. Хотелось бы, чтобы были еще и бесплатные адвокаты, которые могли бы оказывать грамотную юридическую помощь населению, которое не может себе позволить нанять высокооплачиваемого специалиста. Вот этого, к сожалению, у нас фактически нет. Поэтому я всегда говорю, что прокуратура – это бесплатная адвокатура. Приходите, здесь бесплатно мы можем дать консультацию, а если кто-то нарушает закон – привлечь к ответственности.

Много обращений поступает от граждан?

Очень много. Около 60 тысяч в год, и это количество растет. Но растет и количество удовлетворенных жалоб, мер прокурорского реагирования. Да, можно говорить о том, что права граждан сегодня нарушаются, но мы стоим на их защите.

На что в основном жалуются свердловчане?

На нарушения в сфере ЖКХ, на нарушения трудового законодательства. В основном людей волнует жилье, зарплата или пенсия, оказание медицинской помощи. Но есть жалобы и на следователей, на отказы в возбуждении уголовного дела. Человек приходит с заявлением, а сотрудники полиции не всегда проводят положенные оперативные мероприятия. По всем обращениям проводятся проверки, и мы всегда стараемся помочь людям.


P.S. Интервью выходит накануне юбилейной даты – 290-летия со дня образования прокуратуры России, которая будет отмечаться 12 января 2012 года (День работника прокуратуры). Прокурор области поздравляет сотрудников прокуратуры и ветеранов надзорного ведомства с этим торжественным днем и желает успешной службы, здоровья и семейного благополучия.

 
© Экспертный канал «ФедералПресс» Беседовал Алексей Остапов